Клиент получает кредит под залог векселя банка, то есть типа в кредит он берет свои же деньги. В связи с этим часто (особенно в банкротстве) ставится вопрос о действительности такого залога с точки зрения мнимости и притворности сделки. Что есть на этот счет в судебной практике?

Решения о том, что признаков недействительности в таких сделках нет.

Постановление Арбитражного суда Московского округа от 22.07.2024 N Ф05-14203/2024 по делу N А40-147368/2023
Так, принимая в залог (заклад) вексель, сроком платежа не ранее 30.04.2024 года, при условии полного возврата Заемщиком кредита в срок до 31.03.2024 года (т.е. на 1 месяц ранее наступления срока платежа по векселю), Банк фактически обеспечил гарантии и возможность преимущественной возвратности части суммы выданных им Заемщику денежных средств в соответствующем размере 40 000 000,00 руб. (номинал векселя).
При этом, в случае надлежащего исполнения Заемщиком своих обязанностей по Кредитному договору и своевременного возврата выданных кредитных средств, залоговое обязательство Заемщика перед Банком прекратилось бы и после 30.04.2024 года Заемщик имел бы безусловную возможность предъявить к платежу указанный вексель, и Банк со своей стороны был бы обязан осуществить по нему выплату в пользу Заемщика или указанного им лица.
Соответственно, применительно к данному случаю, залог векселя выступал денежным видом обеспечения по своей правовой природе схожим с залогом прав по договору банковского счета (депозита) в отношении твердой денежной суммы (п. 3 ст. 358.10 ГК РФ), при котором в аналогичном порядке залогодатель размещает определенную сумму денежных средств на счете и не имеет право совершать в отношении нее расходных операций до момента прекращена залогового обязательства в пользу кредитора.
Таким образом, доводы апеллянта относительно притворности кредитной сделки и необходимости уменьшения суммы подлежащего возврату кредита на 40 000 000,00 руб. основаны на неверном толковании норм права и являются несостоятельными.
Залог векселя, плательщиком по которому выступает сам Банк, является обычным видом обеспечения, соответствует нормам действующего законодательства (в частности ст. 358.16, 358.17 ГК РФ) и не нарушает прав Должника, Заемщика и иных лиц, в том числе и апеллянта.
Утверждения подателя жалобы о том, что часть траншей была выдана Банком Заемщику за счет денежных средств, полученных от Заемщика по договору купли-продажи векселя, являются необоснованными, и противоречат существу вексельных, кредитных и залоговых правоотношений, как таковых.


Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 11.02.2026 N Ф07-10038/2025 по делу N А56-55715/2024
Заключение оспариваемых сделок, выпуск векселя и последующая передача его в залог банку позволили с одной стороны соблюсти требование относительно предоставления заемщиком обеспечения по кредиту и, как следствие, возможность использования заемщиком данного кредитного продукта в форме возобновляемой кредитной линии с указанным кредитным лимитом, а с другой стороны сформировали для банка необходимые гарантии преимущественной и ускоренной возвратности части суммы выданных им заемщику денежных средств в соответствующей части. Приобретением у банка векселя заемщик фактически обособил часть имеющихся у него денежных средств путем трансформации денежного актива в вексельное обязательство банка, а последующая передача его в залог банку позволила зарезервировать данный актив до момента наступления срока исполнения кредитных обязательств заемщика перед банком, с целью обеспечения его сохранности и при необходимости возможности дальнейшего использования для погашения части кредитной задолженности.
Залог векселя со сроком платежа не ранее 30.04.2024 при условии окончательного срока возврата кредита до 31.03.2024 (т.е. на 1 месяц ранее наступления срока платежа по векселю), выступал разновидностью денежного вида обеспечения по своей правовой природе схожего с залогом прав по договору банковского счета (депозита) в отношении твердой денежной суммы (пункт 3 статьи 358.10 ГК РФ), при котором в аналогичном порядке залогодатель размещает определенную сумму денежных средств на счете и не имеет право совершать в отношении нее расходных операций до момента прекращена залогового обязательства в пользу кредитора.
В случае надлежащего исполнения заемщиком своих обязательств по кредитному договору и своевременного возврата выданных кредитных средств, залоговое обязательство заемщика перед банком прекратилось бы, после 30.04.2024 заемщик имел бы безусловную возможность предъявить к платежу указанный вексель, и банк со своей стороны был бы обязан осуществить по нему выплату в пользу заемщика или указанного им лица. Таким образом, выбранная сторонами структура кредитной сделки максимально учитывала интересы как заемщика, так и банка, и позволяла реализовать запрошенный заемщиком вид кредитования.
Отклоняя доводы истцов о притворности сделки, суды обоснованно исходили из того, что материалами дела не подтверждается отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон договора. Суды исходили из того, что заемщик реально получал денежные средства во исполнение условий кредитного договора, распоряжался ими на протяжении длительного периода времени и частично возвращал сумму кредита и оплачивал банку проценты за пользование кредитными средствами, начисленные на сумму основного долга, что подтверждает наличие волеизъявления обеих сторон на исполнение кредитного договора на согласованных сторонами условиях. При таких обстоятельствах суды обоснованно признали несостоятельными доводы истцов о притворности кредитного договора в части суммы 40 000 000 руб.


Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.02.2025 по делу N А56-55715/2024
В рассматриваемом случае правовые позиции ООО "Стэм" и ООО "Капиталстрой", по их мнению, являющиеся основаниями для признания вышеприведенных договоров недействительными, строятся на том, что заключение сделок по выдаче векселя, хранению векселя и залога векселя носили притворный характер, поскольку имело целью прикрыть условия кредитного договора в части размера предоставленного кредита; так как 40 000 000 руб., уплаченные за вексель, фактически были направлены на возврат кредита Банку.
Суд отмечает, что обеспечительная сделка в виде залога векселя не направлена на отчуждение основных активов ООО "Интерстрой", а служит лишь гарантией возвратности заемных средств, что соответствует обычным хозяйственным процессам и банковской практике. Само по себе обстоятельство того, что предмет залога (вексель) приобретался за счет кредитных денежных средств, а также то, что эмитент векселя и залогодержатель векселя совпадают в одном лице (Банке), не свидетельствует о притворности сделок.
В настоящий момент вексельное обязательство Банка перед ООО "Интерстрой" является действующим, предмет залога (вексель) из активов ООО "Интерстрой" не выбыл.
Обстоятельств, указывающих на притворность кредитного договора, судом не установлено.
Оспариваемые сделки не отвечают признакам притворной сделки, так как из содержания кредитного договора, договора выдачи векселя, договора хранения векселя, договора залога векселя и обстоятельств их исполнения сторонами не следует, что, предоставляя кредит, Банк был намерен создать иные правовые последствия в части суммы 40 000 000 руб., как и не следует того, что продавая вексель, Банк был намерен создавать иные правовые последствия.
Кроме того, суд обращает внимание, что в соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 57 "О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств" суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск.
В пункте 2 данного постановления указано, что к обстоятельствам, имеющим значение для правильного рассмотрения дела и подлежащим установлению на стадии подготовки дела к судебному разбирательству, отнесены обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора. В ходе рассмотрения дела суд исследует указанные обстоятельства, которые, будучи установленными вступившим в законную силу судебным актом, не подлежат доказыванию вновь при рассмотрении иска об оспаривании договора с участием тех же лиц (часть 2 статьи 69 АПК РФ).
Также суд не видит оснований для вывода о злоупотреблении со стороны Банка при установлении в кредитном договоре требования предоставить обеспечение в виде залога векселя, эмитентом по которому выступил сам Банк. Предоставление обеспечения кредита является обычной деловой практикой. То обстоятельство, что имущество, переданное в залог, приобретено заемщиком непосредственно у самого кредитора, не свидетельствует о каком-либо злоупотреблении либо притворности сделок.